ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ АНАТОМИЯ

ПАТОЛОГИЧЕСКАЯ АНАТОМИЯ — медико-биологическая наука, изучающая структурные основы патологических процессов. В задачи П. а. входит: выявление морфол, изменений органов, тканей и клеток при болезнях, а также процессах восстановления; выяснение причин, механизмов и динамики этих изменений; сопоставление морфол, изменений с результатами клин., биохим. и патофизиол, исследований. Объектом исследования П. а. является материал, полученный при вскрытии умерших от болезней, органы и ткани, удаленные во время оперативных вмешательств и иссекаемые с диагностической целью, а также материал, взятый от лаб. животных, подвергшихся различным воздействиям в условиях эксперимента. Решая проблемы этиологии и патогенеза, нозологии и классификации болезней, П. а. способствует разработке философских проблем медицины и общей патологии, оказывает помощь клиницистам в распознавании болезней, осуществлении контроля за ходом лечения, выясняет механизм осложнений и причины смертельных исходов, анализирует ошибки диагностики — является одним из важных связующих звеньев между теоретической и практической медициной.

П. а. принято разделять на общую и частную. Общая П. а. дает морфол, характеристику патол, процессов, имеющих общие закономерности развития и общие черты независимо от локализации и условий их возникновения, напр, дистрофий, некроза, нарушений кровообращения, гипертрофии, атрофии, воспаления, регенерации, опухолей, иммунитета, а также иммунных реакций гиперчувствительности. Морфол, данные об этих процессах являются основой общего учения о болезни. Частная П. а. изучает морфол, основы и патогенез отдельных нозол, форм.

Основным методом исследования, к-рый использует П. а., является морфол, метод — наблюдение невооруженным глазом и с помощью гл. обр. оптических приборов.

Современное состояние П. а. характеризуется непрерывным расширением и углублением ее связей с клиникой и экспериментальными исследованиями. Развитие техники оперативных вмешательств, анестезиологии, реаниматологии, трансплантологии, пополнение арсенала лекарственных средств изменило классические картины болезней человека (см. Патоморфоз). Возросло значение патологоанатомического вскрытия — его задачей является не только установление течения болезни и ее осложнений, но и объяснение в комплексе с данными прижизненных исследований причин неэффективности леч. мероприятий, безуспешности реанимации, возникновения инф. осложнений и др. Особо важное значение придается выяснению причин и характера неблагоприятного воздействия на течение и исход болезни леч. мероприятий. Широкое использование в клинике таких неинвазивных методов исследования, как компьютерная томография, ультразвуковая диагностика и др., позволяет визуально определять очаг патол, процесса, локализацию опухоли и ее метастазов, обнаруживать тромбы, устанавливать, какую толщину имеют стенки желудочков сердца и др.; это открывает большие перспективы для развития прижизненной П. а. Особое значение приобрели биопсия (см.) и цитологическое исследование (см.), к-рые производятся с диагностической целью, для контроля проводимых леч. мероприятий, а также для уточнения диагноза и объема оперативного вмешательства во время операции. Т. о., традиционная роль патологоанатома, ограничиваемая его участием в послеклиническом (посмертном) анализе болезни, все более заменяется его ролью как клинического морфолога.

Тенденция дифференциации мед. дисциплин сопровождается прогрессирующей дифференциацией частной П. а. с появлением новых ее разделов. Это делает особенно актуальным развитие общей П. а. как науки синтетической, позволяющей глубоко и всесторонне оценивать частные факты. С одной стороны, П. а. сближается с клиникой, а с другой — она органически переплетается с биохимией и физиологией благодаря появлению электронно-микроскопических , гистохимических, иммуноморфологических и других методов исследования. В изменениях ядерных и цитоплазматических органелл патанатомы все увереннее определяют структурную основу колебаний функц, активности клетки и нарушений ее деятельности под влиянием патогенных факторов. В этом отношении имеют значение такие методы исследования, как электронно-микроскопическая авторадиография, к-рая позволяет судить одновременно о характере биосинтетических процессов, их интенсивности и локализации внутри клетки. П. а. становится системой знаний о структурной основе функц, активности органов и нарушениях этой структуры. Современная П. а. характеризуется возросшим уровнем как качественно го * так и количественного анализа патол, процессов (см. Морфометрия медицинская).

Развитие П. а. происходит в условиях комплексного изучения патол. процесса на всех уровнях организации: организменный уровень позволяет получить представление об общей панораме болезни, роли и участии в ней различных органов и систем; изучение органных и тканевых изменений помогает выяснению качественных особенностей и топографии патол, процессов в поврежденном органе; электронная микроскопия (см.), гистохимические методы исследования (см.) и другие методы раскрывают сущность изменений, происходящих внутри клетки, и позволяют сопоставить их в структурно-функциональном отношении с результатами биохим., радиоизотопных и других исследований. Отсутствие сведений о структурных изменениях на одном из уровней лишает исследователя возможности получить цельное представление об изучаемом процессе.

Морфология (см.) и П. а. являются основным источником того фактического материала, на к-ром утверждался материализм в естествознании. Этот материал, ставящий на реальную основу различные проявления жизнедеятельности организма, способствует утверждению материалистического решения таких важнейших проблем биологии и медицины, как проблема соотношения структуры и функции, организма как единого целого и др. Роль П. а. в дальнейшем утверждении материалистической диалектики применительно к патологии неуклонно возрастает, как возрастает и ее практическое значение для диагностики и лечения заболеваний.

В развитии П. а. условно могут быть выделены три основные периода. В течение первого периода (до середины 19 в.), к-рый можно назвать макроскопическим, патологоанатомические изменения изучали преимущественно невооруженным глазом — регистрировали цвет, консистенцию, размеры органов, появление в них необычных образований, травматические и другие повреждения при различных болезнях. Второй период развития П. а. (до 50-х гг. 20 в.) может быть назван микроскопическим, т. к. связан с применением микроскопа (см.) для изучения изменений органов при болезнях. Третий, современный период развития П. а. можно назвать ультраструктурные в связи с комплексным использованием световой электронной микроскопии, гистохимических методов исследования, авторадиографии (см.), иммуноморфологии (см.), позволяющих одновременно проводить структурный и функциональный анализ внутриклеточных образований.

Одним из крупнейших обобщений, сделанных в первом периоде развития П. а., является труд Дж. Морганьи «О местонахождении и причинах болезней, открываемых посредством рассечения» (1761), в к-ром впервые была выдвинута идея сопоставления симптомов болезни с морфол, изменениями органов, положившая начало клинико-анатомическому направлению в изучении болезней человека. Несколько позже М. Биша предпринял попытку сопоставить клин, проявления болезни с изменениями не только органов, но и тканей. В начале 19 в. появились первые руководства по патол, анатомии Грегори (J. Gregory), 1809; Бейлли (М. Baillie), 1826; Хоупа (J. Норе), 1837. В них проводится идея о роли и значении патологической анатомии для поднятия уровня практической медицины.

Выраженную клинико-анатомическую направленность приняла П. а. в России. К переводу руководства Бейлли по П. а. с английского языка адъюнкт-профессором Московской медицинской академии И. А. Костомаровым был приложен трактат, в к-ром он указал на необходимость изучения поражения отдельных органов в их взаимосвязи; он считал, что необходимо сочетать анатомические исследования с патофизиологическими, «...иначе наука наша будет мертвая, если будет ограничиваться токмо мертвым телом». И. А. Костомаров видел задачи П. а. в определении анатомических изменений, вызываемых болезнями, и в том, чтобы «...стараться постигнуть физиологически и фи-зиологико-патологически механизм образования и развития оного изменения...» и определить отношение «...между анатомическими изменениями и явлениями жизненными». Первый период развития П. а. завершился появлением многотомного руководства по патологической анатомии К. Рокитанского, в к-ром дано систематическое описание морфологии важнейших болезней человека; в руководстве получила развитие так наз. гуморальная патология, рассматривавшая в качестве основы патологоанатомических изменений органов различные «кразы», возникающие в результате «порчи соков», того или иного нарушения состояния белков и т. д.

Дальнейшее развитие П. а. ограничивалось трудностью проведения достаточно четких параллелей между анатомическими изменениями органов и многообразными нарушениями их функции: при выраженных функц, нарушениях нередко не удавалось обнаружить существенных структурных изменений. Из этого делали вывод, что в основе болезни могут лежать только функц, изменения, не сопровождающиеся морфологическими, и поэтому клин, картина болезни в таких случаях не может быть полностью объяснена находками, сделанными при вскрытии тру-па.

С применением микроскопа для изучения изменений органов при болезнях кризис клинико-анатоми-ческого направления был преодолен. В середине 19 в. Р. Вирхов проанализировал морфол. изменения органов при различных болезнях с позиций созданной им клеточной теории (см.). Обширные исследования были обобщены Р. Вирховом в классическом труде «Целлюлярная патология» (1858). Микроскоп резко расширил возможности морфол, анализа функций организма и их нарушений при патол, процессах. Оказалось, что функц, нарушения сохранявшего обычные размеры, цвет и консистенцию органа, нередко не-находившие объяснения, рыли связаны с расстройством кровообращения, деструктивными изменениями клеток, воспалением. Учение Р. Вирхова рассматривало функциональные нарушения исключительно как изменения клеток, т. е. плотных частей организма, и утверждало «солидарную» патологию.

Второй период развития П. а. характеризовался появлением ряда новых направлений исследований, сыгравших огромную роль в прогрессе теоретической и практической медицины. Это было в значительной мере связано с усовершенствованием гистологических методов исследования (см.), обеспечившим возможность разностороннего структурно-функционального анализа изменений клеток и межклеточного вещества. Применение фиксирующих и уплотняющих жидкостей, заливка материала в парафин и целлоидин, создание методов заключения препаратов и совершенных микротомов обеспечили получение тончайших срезов тканей, а применение новых красителей открыло широкие возможности для идентификации различных структур клетки, качественного и количественного анализа ядра, цитоплазмы и др. Разработка техники приготовления больших срезов — через весь орган или значительную его часть (см. Кристеллера метод) — позволила оценивать распространенность и топографию патол, процесса. Большие возможности для выяснения структурно-функционального состояния клеток и межклеточного вещества при патол, процессах открылись в первой половине 20 в. с внедрением в П. а. люминесцентной, ультрафиолетовой и поляризационной микроскопии, авторадиографии, гистохимии.

Совершенствование методов морфол. исследования способствовало быстрому развитию всех разделов общей П. а. Так, раньше регистрировались только внешние проявления воспалительного процесса и описывались, напр., как «краснота и налитие сосудов», «потускнение и помутнение», «пленчатые наложения», «гнойное отделяемое» и т. д.; в изложении динамики тканевых изменений не шли дальше регистрации экссудации жидкой части крови и развития отека, а об участии клеточных элементов в воспалительной реакции даже не упоминали. В результате микроскопических исследований, проведенных в конце 19 в., были получены сведения о фазах воспалительного процесса, клеточном составе экссудата и др. В начале 20 в. в связи с прогрессом иммунологии (см.) и аллергологии (см.) теория воспаления получила дальнейшее развитие в учении об иммунном, аллергическом воспалении, а позже в установлении морфол. основ реакций гиперчувствительности. С помощью микроскопа были расшифрованы структурные основы нарушений капиллярного кровообращения, выяснены основные этапы образования тромба, изучены механизм развития и морфогенез инфаркта, что позволило заново создать учение о нарушениях кровообращения. Был создан новый раздел П. а.— учение о «болезненных изменениях клеток» по Р. Вирхову, т. е. о дистрофиях. Представления о белковой, жировой, углеводной дистрофиях сыграли важную роль в выявлении материального субстрата нарушений функций различных органов, понимании динамики развития болезней, установлении структурных изменений при каждой из них. Учение о дистрофиях, дополненное в дальнейшем с помощью цитохимических исследований, превратилось в одно из центральных в общей патологии; оно концентрирует данные о структурных основах колебаний функц, активности органов, морфол, выражении их функц, истощения, изменениях клеток и межклеточного вещества при действии различных патогенных факторов.

На основе исследований Р. Вирхова стало быстро развиваться учение о регенерации. В учебниках П. а. последней трети 19 в. появляются главы, посвященные изложению как общих закономерностей репаративной регенерации, так и конкретных проявлений и особенностей ее в разных органах и тканях. Впервые было начато подробное изучение морфогенеза процессов организации (см.) и метаплазии (см.). К. Рокитанский и другие исследователи при изучении гипертрофии и атрофии описали внешние их проявления. В дальнейшем при микроскопическом исследовании этих процессов было установлено, что в их основе лежит увеличение или уменьшение числа клеток, а также размеров каждой из них. Так было положено начало современному учению о гипертрофии (см.), гиперплазии (см.) и атрофии (см.). Полученные материалы стали фундаментом нового раздела П. а.— учения о структурных основах компенсаторно-приспособительных реакций организма и процессов выздоровления.

Микроскопическое исследование тканей дало стимул для развития онкологии (см.): начало развиваться учение об особенностях строения опухолевой клетки, был идентифицирован клеточный состав опухолей (см.), что позволило составить представление об их гистогенезе, были заложены основы гистогенетической классификации опухолей в зависимости от тканевой принадлежности составляющих их клеточных элементов, изучены закономерности метастазирования различных новообразований, изменения степени клеточной дифференцировки и др.

Представления о морфологии общепатол. процессов, сложившиеся на основе их изучения с позиций клеточной теории, явились новым этапом в развитии частной П. а. и нозологии (см.) в целом: уже к концу 19 — началу 20 в. частная П. а. пополнилась данными об особенностях локализации и характере тканевых изменений при различных болезнях, динамике развития этих изменений в ходе заболевания, закономерностях их регрессирования в процессе выздоровления и под влиянием лечения.

Во второй половине 19 в. значительное развитие частной П. а. происходило в области инф. патологии, что связано с открытием возбудителей инф. болезней человека. При этом первоочередной задачей было выяснение структурных изменений органов в динамике под влиянием каждого из возбудителей. Позже, в связи с открытием вирусов к исследованиям патоморфологии бактериальных инфекций присоединились исследования вирусных заболеваний. За морфол, исследования в области инф. патологии в 1943 г. была присуждена Государственная премия СССР И. А. Чали-сову, а в 1962 г.— А. М. Антонову.

Успехи клинико-экспериментальной разработки инф. патологии явились одной из предпосылок развития учения об измененной реактивности организма. Выяснение морфол, особенностей аллергических реакций сыграло огромную роль в формировании представлений о патогенезе многих болезней. Достижения иммунологии, основы к-рой были заложены И. И. Мечниковым, позволили установить закономерности нарушения иммунных процессов, что положило начало развитию иммунопатологии (см.).

В результате экспериментальноморфологических исследований, проведенных А. И. Игнатовским, Н.Н. Аничковым и С. С. Халатовым, впервые была создана модель атеросклероза и заложены основы учения о его патол, анатомии, морфогенезе, патогенезе. Морфол, исследования способствовали формированию клинико-анатомической характеристики и решению вопросов патогенеза гипертонической болезни, симптоматических гипертензивных состояний. Важную роль сыграли морфол, исследования в становлении и развитии учения об ишемической болезни сердца, миокардиодистрофиях и др. За разработку ряда* вопросов морфогенеза и патогенеза болезней сердечно-сосудистой системы были присуждены Государственные премии СССР А. И. Абрикосову и H. Н. Аничкову (1944), А. Н. Колтовер (1971).

Развитие невропатологий во второй половине 19 в. в значительной мере было обусловлено совершенствованием гистол, техники и возможностью микроскопического исследования нервных клеток, нервных волокон и нейроглии. Нейрогистологические исследования способствовали формированию представлений о структурных основах нервной трофики. Комплексное микроскопическое и бактериол, изучение патол, процессов в легких явилось основой, на к-рой сформировались совр, представления о патол, анатомии и патогенезе пневмоний, бронхита, эмфиземы, ателектаза и отека легких. Представления о поражениях почек были существенно развиты на основе их микроскопического изучения при различных инф. болезнях, нарушениях обмена, отравлениях и др. в комплексе с бактериол. и физиол, исследованиями.

Экспериментальные гистол, исследования явились основой для изучения структурных изменений клеток желез внутренней секреции и нарушений механизмов формирования и выделения гормонов при болезнях. В середине 20 в. были открыты клетки, расположенные в слизистой оболочке и паренхиме различных внутренних органов, выделяющие биологически активные вещества и играющие важную роль в регуляции функций организма в норме и патологии (см. Аргентаффинные клетки). Важное значение эти данные имели, в частности, для расширения представлений о функц, морфологии органов жел.-киш. тракта.

Благодаря созданию методов декальцинации появилась возможность микроскопического исследования заболеваний костной системы и ее изменений при соматических, эндокринных заболеваниях, нек-рых пороках развития и т. д. За разработку ряда проблем патологии костной системы А. В. Русакову и Т. П. Виноградовой в 1967 г. была присуждена Государственная премия.

В связи с техническим прогрессом в 20 в. началось быстрое развитие профессиональной патологии (см.). Важная роль в этом принадлежала патологоанатомическим исследованиям, способствовавшим выяснению механизмов взаимодействия вредных веществ с клеточными элементами, особенностей компенсаторно-приспособительных реакций организма в ответ на воздействие проф. вредностей.

Новым разделом патологии и П. а. явилось возникшее в 20 в. учение о радиационных поражениях, в к-ром нашли приложение наиболее совершенные методы структурного анализа, позволяющие устанавливать и прослеживать динамику повреждений ядра и цитоплазмы.

Микроскопическое и гистохим, исследование соединительной ткани расширило представление об ее изменениях при различных патол, процессах, позволив выделить группу коллагеновых болезней (см.). За цикл работ по изучению патоморфогенеза ревматических заболеваний А. И. Струкову в 1974 г. была присуждена Ленинская премия.

Учение о травматических повреждениях и раневом процессе до второй половины 19 в. основывалось исключительно на макроскопических наблюдениях. В микроскопических исследованиях были установлены основные закономерности течения раневого процесса (его особенности в различных органах и тканях, взаимоотношения различных клеточных элементов на этапах заживления раны), представлен сравнительный структурный анализ эффективности различных методов лечения и др. Эти данные способствовали развитию учения о боевой травме (динамике раневого процесса, его осложнениях, травматическом истощении, гнойно-резорбтивной лихорадке и др.), заложенного в трудах Н. И. Пирогова. Наиболее фундаментальные исследования, возродившие и развившие учение Н. И. Пирогова, принадлежат И. В. Давыдовскому:, к-рому за разработку проблем общей патологии,и в частности раневого процесса, в 1964 г. была присуждена Ленинская премия .

Большие перспективы для решения вопросов патогенеза болезней человека открывает дальнейшая разработка проблем сравнительной патологии, широко развернутая, напр., в Ин-те экспериментальной патологии и терапии АМН СССР.

В 20 в. начала интенсивно развиваться П. а. болезней детей и новорожденных с учетом анатомо-функ-циональных особенностей растущего организма.

В первой половине 20 в. широкое развитие получили биохим, и физиол. исследования клетки, результаты к-рых заложили фундамент молекулярной биологии (см.). Необходимо было выяснить, в каких структурах клетки протекают биохимические реакции, какие органеллы ядра и цитоплазмы и как обеспечивают специфические функции клетки. Для решения этих вопросов оказалось недостаточно исследования с помощью биол, микроскопа. Клетка, сохраняя свое значение как единая неделимая структурная единица, больше не могла служить объектом для дальнейшей разработки вопроса о материальной основе функц, нарушений, т. к. была уже «слишком велика» для этого. В клинико-анатомическом направлении исследований возникла ситуация, аналогичная сложившейся в середине 19 в., с той лишь разницей, что в то время стало необходимым иметь объектом исследования структуру, меньшую, чем орган, теперь же — более миниатюрную, чем клетка. И подобно тому, как в середине 19 в. эта ситуация была ликвидирована путем внедрения в медицину микроскопического ис-' следования, в 50-х гг. 20 в. она была решена на основе ультрамикроско-пического исследования с помощью электронного микроскопа. Была установлена сложнейшая внутриклеточная архитектура, показано, что ядро и цитоплазма состоят из множества специализированных ультраструктур или органелл, каждая из к-рых ответственна за определенное звено работы так наз. внутриклеточного конвейера, на к-ром поэтапно протекают процессы, определяющие функцию клетки. Этими исследованиями было положено начало современному ультраструк-турному периоду развития П. а. Особенностью этого периода является комплексное использование электронной микроскопии и методов гистохимии, авторадиографии, иммуноморфологии, позволившее одновременно проводить структурный и функц, анализ внутриклеточных изменений. Накоплен материал, касающийся изменений клеточных органелл при различных болезнях человека, динамики этих изменений, закономерностей восстановления клеточных структур в процессе выздоровления, под действием современных методов лечения и др. Выяснилось, что под влиянием патогенных воздействий в органеллах клетки развертываются нек-рые общепатологические процессы, к-рые наблюдаются в тканях и органах: отек, некроз, регенерация, гиперплазия. В электронно-микроскопи-ческих, гистохимических, иммуноморфол. исследованиях были получены новые данные о патоло го анатомических изменениях органов при различных болезнях, к-рые позволили выяснить многие стороны патогенеза и динамики развития процессов, прежде скрытых от исследователя. Изучение болезней человека на ультраструктурном уровне приблизилось к соответствующим биохим. исследованиям и, тем самым, к молекулярной патологии.

Выражением связи П. а. с клин, медициной явилось прозекторское дело — важнейшая форма использования достижений П. а. в медицинской практике. В России прозекторское дело начало развиваться в первых военных госпиталях (см. Вскрытие). Уже в этот период большое значение придавалось сопоставлению симптомов болезни с изменениями, обнаруженными при вскрытии, что нашло отражение в составленных в 1754 г. П. 3. Кондоиди инструкциях и наставлениях, в которых клинико-анатомический анализ расценивался как один из важнейших факторов повышения качества леч. работы и совершенствования врачебного искусства. Важную роль в развитии П. а. и прозекторского дела сыграло открытие медикохирургических академий в Петербурге и Москве/Большое внимание развитию П. а. и прозекторского дела уделяли отечественные клиницисты И. В. Варвинский, М. Я. Мудрое, Н. И. Пирогов, С. П. Боткин, Г. А. Захарьин и др.

В созданной после Великой Октябрьской социалистической революции государственной системе здравоохранения прозекторское дело стало специальной службой, к-рая постепенно приобрела четкие организационные формы. Существенную роль в этом сыграла комиссия прозекторов при Московском городском отделе здравоохранения (А. И. Абрикосов, И. В. Давыдовский, В. Т. Tалалаев) и прозекторский сектор патологоанатомического об-ва в Ленинграде (Г. В. Шор, С. С. Вайль, В. Г. Гаршин, В. Д. Цинзерлинг). Большая работа по организации патологоанатомической службы проводилась в Ростове-на-Дону (Ш. И. Криницкий), Киеве (М. К. Даль), Харькове (Г. Л. Дерман), Минске (И. Т. Титов), Куйбышеве (Н. Ф. Шляпников), Смоленске (В. Г. Молотков) и других городах. Совершенствованию прозекторского дела способствовали приказы, положения и инструкции по организации работы патологоанатомических отделений, сличению клинических и анатомических диагнозов, проведению клинико-анатомических конференций, составлению патологоанатомических отчетов и др. В помощь прозекторам был издан ряд пособий по патологоанатомической технике, сличению клинического и анатомического диагноза: А. И. Абрикосова (1948), С.С. Вайля (1947), Д. И. Головина (1957), Г. А. Меркулова (1956), А. В. Смольянникова (1977) и др. Распространение получили начатые по инициативе И. В. Давыдовского клинико-анатомические конференции (см.), сыгравшие большую роль в повышении качества лечебно-диагностической работы.

В годы Великой Отечественной войны была усовершенствована патологоанатомическая служба в действующей армии и тыловых госпиталях. Организация Центральной патологоанатомической лаборатории (ЦПАЛ) при Главном военно-санитарном управлении Красной Армии, фронтовых, армейских патологоанатомических лабораторий (ПАЛ), патологоанатомических отделений крупных госпиталей ГБ фронтов и эвакогоспиталей Наркомздрава СССР под руководством гл. патологоанатома Советской армии (А. А. Васильев, М. Ф. Глазунов, Н. А. Кра-евский) и гл. патологоанатома Управления эвакогоспиталей Наркомздрава СССР (И. В. Давыдовский) обеспечила единую трактовку патол. процессов, вызванных боевой травмой. Осуществлялась помощь руководству медслужбы в улучшении организации и повышении качества мед. помощи. Научная разработка материалов, полученных патологоанатомами в годы войны, позволила изучить кардинальные вопросы боевой травмы и «болезней военного времени», к-рые были обобщены в многотомном труде «Опыт советской медицины в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.» и в ряде монографий С. С. Вайля (1943), А. П. Авцына (1946), И. В. Давыдовского (1950—1954), А. В. Смольянникова (1960) и др. Уникальный материал, собранный военными прозекторами, хранится в Военно-медицинском музее в Ленинграде. Опыт работы патологоанатомической службы во время Великой Отечественной войны способствовал более стройной ее организации в мирное время. Был создан ин-т главных патологоанатомов республик, краев, областей и крупных городов. В состав Ин-та морфологии человека АМН СССР включена ЦПАЛ, на к-рую была возложена обязанность методического центра патологоанатОми-ческой службы; одно из мероприятий по ее усовершенствованию — создание объединенных патологоанатомических отделений, что облегчило систематизацию и научную обработку секционного и биопсийного материала, расширило возможность применения современных методов исследования.

Проблемы П. а. до 20-х гг. 20 в. разрабатывались гл. обр. на кафедрах П. а. мед. ин-тов, а в дальнейшем и лабораториях НИИ. В России сложил с я ряд патологоанатомических школ — московская, петербургская, харьковская, киевская, казанская и др. Первую кафедру П. а., созданную в Московском ун-те в 1849 г., возглавлял А. Й. Полунин — основатель московской патологоанатомической школы. Преемниками А. И. Полунина по кафедре были И. Ф. Клейн, а затем М. Н. Никифоров — автор одного из первых и наиболее известных учебников по П. а. Учеником М. Н. Никифорова и его преемником по кафедре был А. И. Абрикосов — выдающийся ученый, один из основоположников советской П. а., основатель большой школы патологоанатомов. В дальнейшем эту кафедру возглавил ученик А. И. Абрикосова— А. И. Струков; с 1972 г. ее занимает ученик А. И. Струкова — В. В. Серов. Выдающимися представителями московской школы патологоанатомов являются И. В. Давыдовский, М. А. Скворцов. Большой вклад в развитие различных областей П. а. внесли представители московской школы Г. д. Корицкий, Ю. М. Лазовский, Б. Н. Мо-гильницкий, И. Ф. Пожариский, A. В. Русаков, Л. И. Смирнов, П. Е. Снесарев, В. Т. Талалаев, B. Г. Штефко, А. П. Авцын, Т. П. Виноградова, Н. А. Краев-ский, Н. К. Пермяков, Я. Л. Рапопорт, Д. С. Саркисов, В. В. Серов и др.

Крупной отечественной школой П. а. является ленинградская (петербургская). С 1840 г. курс вскрытия трупов в Медико-хирургической академии вел Н. И. Пирогов. В 1859 г. по его предложению была открыта кафедра П. а., к-рую возглавил Т. С. Иллинский. С 1867 г. этой кафедрой заведовал М. М. Руднев, к-рого считают основателем петербургской школы П. а. В дальнейшем этой кафедрой руководили К. Н. Виноградов, H. Н. Аничков, A. Н. Чистович. Большой вклад в разработку различных проблем П. а. внесли М. В. Войно-Ясенец-кий, В. Г. Гаршин, М. Ф. Глазунов, К. П. Улезко-Строганова, B. JI. Цинзерлинг, Ф. Я. Чистович, Г. В. Шор, О. К. Хмельницкий.

Большой вклад в развитие П. а. внесли также Д. Ф. Лямбль, В. П. Крылов, Н. Ф. Мельников-Разведенков, Г. Н. Минх, В. К. Высокович, А. И. Смирнова-Замкова, И. В. Торопцев, Ю. В. Гулькевич, И. И. Широкогоров, В. К. Жгенти.

Расширению патологоанатомических исследований способствовало создание патоло го анатомических центров и лабораторий в НИИ. Роль головного учреждения в области морфол, исследований играет организованный в 1960 г. Ин-т морфологии человека АМН СССР.

Значительное развитие получила П. а. в странах социалистического содружества: интенсивно разрабатываются актуальные проблемы патологии, организована прозекторская работа, издаются специальные журналы. Между патологоанатомами этих стран и советскими патологоанатомами налажены тесные творческие связи, осуществляется широкий обмен опытом в форме научных командировок, участия в съездах, конференциях и т. д.

За рубежом значительный вклад в развитие П. а. внесли И. Орт, Любарш (О. Lubarsch), Р. Рессле, Вейгерт (К. Weigert), Б. Фишер-Ва-зелъс, Борет (М. Borst), Л. Ашофф, К. Шморлъ, Герксгеймер (G. Herxheimer), Гамперль (H. Hamperl), Вейксельбаум (А. Weichselbaum), К. Л. П. Массон, А. Поликар, Ф. Маллори, Н. Фут и др.

Важную роль в обмене опытом научной и организационной работы патологоанатомов играет организованное в 1947 г. Всесоюзное научное об-во патологоанатомов, к-рое регулярно проводит съезды, пленумы правления, конференции. В 1969 г. это об-во вошло в Международный совет об-в патологов. Основным печатным органом, в к-ром публикуются результаты большинства патологоанатомических исследований, является журнал «Архив патологии», основанный в 1935 г. (первоначально, до 1946 г., он назывался «Архивом патологической анатомии и патологической физиологии»). С 1976 г. издается ежемесячный реферативный журнал ВИНЙТИ «Общие вопросы патологической анатомии», с 1978 г. в серии «Итоги науки и техники» ВИНИТИ выходят выпуски «Патологическая анатомия», посвященные отдельным проблемам. Ежегодно издаются труды Ленинградского научного об-ва патологоанатомов. Большой опыт работы советских патологоанатомов обобщен в многотомном руководстве по патологической анатомии (1956— 1964 гг.), основанном А. И. Абрикосовым и завершенном А. И. Стру-ковым. Впервые под редакцией Н. А. Краевского и А. В. Смольян-никова создано отечественное руководство по патологоанатомической диагностике опухолей человека (1971 г.). В 1975 г. вышел в свет атлас опухолей человека (Д. И. Головин).

Преподавание П. а. в мед. вузах ведется на 3-м (общая и частная П. а.) и 5-м (клиническая П. а.) курсах. В СССР, в отличие от других стран, по инициативе И. В. Давыдовского преподавание частной П. а. проводится не по органному, а по нозологическому принципу. Кроме теоретических знаний, студенты знакомятся с основами патологоанатомической техники, документации, клинико-анатомического анализа результатов вскрытий. Методы преподавания П. а. совершенствуются на ф-тах повышения квалификации и на учебно-методических конференциях. В 1979 г. вышел учебник П. а. (А. И. Струков, В. В. Серов). Подготовку кадров по П. а. для кафедр мед. ин-тов, патологоанатомических отделений б-ц, отделов НИИ осуществляют через субординатуру, интернатуру, ординатуру и аспирантуру. Большое значение для дальнейшего развития П. а. и подготовки кадров патологоанатомов имеют кафедры П. а. ин-тов усовершенствования врачей и кафедра Центрального ин-та усовершенствования врачей; на этих кафедрах получают первичную специализацию и проходят усовершенствование врачи-патологоанатомы.



Библиография:

История — Абрикосов А. И. Патологическая анатомия в СССР (1917— 1947), в кн.: Достижения сов. мед. науки за XXX лет, под ред. H. Н. Аничкова и др., с. 55, М., 1947; Андреев Ф. А. Из истории Московской школы патологов, Арх. патол., т. 11, в. 6, с. 28, 1949; Вайль С. С. Очерки развития патологической анатомии в России и Советском Союзе, Труды Воен.-морск. мед. акад., т. 1, с. 21, Л., 1941; он ж е, Оригинальные русские учебники общей патологии и патологической анатомии 70—80-х годов прошлого столетия, Арх. патол., т. 12, в. 1, с. 100, 1950; Гольштейн Н. И. Краткая история Кафедры патологической анатомии Военно-медицинской ордена Ленина академии им. С. М. Кирова, Л., 1960, библиогр.; Движков П.П. и Струков А. И. Патологическая анатомия в СССР за 40 лет, Арх. патол., т. 19, в. 10, с. 5, 1957; Дерябина В. Л. Очерки развития прозекторского дела в России и СССР, М., 1958; Коровин И. П. Краткий исторический очерк Кафедры патологической анатомии при Военно-медицинской (бывшей Медико-хирургической) академии, Спб., 1898; Миш.н ев О. Д. и Ч e к a p e в а Г. А., И. В. Давыдовский— организатор советской патологоанатомической службы, Арх. патол., т. 39, № 3, с, 78, 1977; Развитие науки в Академии за 40 лет советской власти, под ред. А. Н. Максименкова, с. 144, Л., 1957; Саркисов Д. С. Перспективы развития патологической анатомии на современном этапе, Арх. патол., т. 39, № 8, с. 3, 1977; Серов В. В. 125 лет кафедре патологической анатомии I Московского медицинского института им. И. М. Сеченова (1849—1974), там же, т. 37, № 1, с. 12, 1975; Струков А. И., А. И. Абрикосов — организатор и первый председатель Московского общества патологоанатомов, тамже, т. 39, № 1, с. 77, 1977; Струков А. И. и Б у в а й л о С. А. Столетие со времени основания кафедры патологической анатомии Первого Московского ордена Ленина медицинского института (1849— 1949), тамже, т. И, в. 6, с. 3, 1949; Струков А. И. и др. Патологическая анатомия в СССР за 50 лет (1917—1967), там же, т. 29, № 10, с. 6, в. 11, с. 99, 1967* С т р у к о в А. И. и д р. 60 лет Великой Октябрьской социалистической революции и развитие советской патологической анатомии, там же, т. 39, № 10, с. 3, в. И, с. 3, 1977; Чистович Я. И. История первых медицинских школ в России, Спб., 1883; Klemperer P. Pathologic anatomy at the end of the eighteenth century, J. Mt Sinai Hosp., v. 24, p. 589, 1957, bibliogr.; LongE.R. A history of pathology, N. Y., 1965.

Учебники, руководства, справочные издания — Абрикосов А. И. Частная патологическая анатомия, т. 1—3,М.—Л., 1938—1947; он же, Техника патологоанатомических вскрытий трупов, М., 1948; Абрикосов А. И. и С т р у к о в А. И.’ Патологическая анатомия, ч. 1—2, М., 1961; Автандилов Г. Г. Введение в количественную патологическую морфологию, М., 1980, библиогр.; Авцын А. П. Введение в географическую патологию, М., 1972, библиогр.; Авцын А.П. и Ш а х л а м о в В. А. Ультраструктурные основы патологии клетки, М., 1979, библиогр.; Апатенко А. К. Эпителиальные опухоли и пороки развития кожи, М., 1973; о н ж е, Мезенхимные и нейроэктодермальные опухоли и пороки развития кожи, М., 1977, библиогр.; Вайль С. С. Руководство по патолого-гистологи-ческой технике, Л., 1947; Виноградова Т. П. Опухоли костей, М., 1973, библиогр.; Головин Д. И. Атлас опухолей человека, Л., 1975; Давыдовский И. В. Патологическая анатомия и патогенез болезней человека, т. 1 — 2, М., 1956—г 1958; он же, Общая патология человека, М., 1969; Ивановская Т. Е. и Цинзерлинг А. В. Патологическая анатомия (болезни детского возраста), М., 1976; К у л e ш а Г. С. Курс патологической анатомии, ч. 1—2, М.—Л., 1930—1931; Курс общей патологической анатомии, под ред. А. Н. Чисто-вича, Л., 1970; Меркулов Г. А. Курс, патологогистологической техники, Л., 1969, библиогр.; Многотомное руководство по патологической анатомии, под ред. А. И. Струкова, т. 1—9, М., 1956—1964; Пермяков Н.К. Основы реанимационной патологии, М., 1979, библиогр.; Руководство по патологоанатомической диагностике опухолей человека, под ред. Н. А. Краевского и А. В.Смольянникова, М.,' 1976; Саркисов Д. С. Очерки по структурным основам гомеостаза, М., 1977, библиогр.; Серов В. В. и Пауков В. С. Ультраструктурная патология, М., 1975; Скворцов М. А. Патологическая анатомия важнейших заболеваний детского возраста, М., 1946; Смольянников А. В., Автандилов Г. Г. иУранова Е. В. Принципы составления патологоанатомического диагноза, М., 1977; Струков А. И. и Бегларян А. Г. Патологическая анатомия и патогенез коллагеновых болезней, М., 1963; Струков А. И. и Серов В. В. Патологическая анатомия, М., 1979; Ча лисов И. А. и Хазанов А. Т. Руководство по патологоанатомической диагностике важнейших инфекционных заболеваний человека, Л., 1980; Шор Г. В. О смерти человека, Л., 1925; Ярыг ин H. Е. и С е- ров В. В. Атлас патологической гистологии, М., 1977; Allgemeine Pathologie, hrsg. v. A. Hecht u. a., B., 1979; Bell E. T. Text-book of pathology, L., 1956; Buchner F. Allgemeine Pathologie und Atiologie, Miinchen, 1978; Electron microscopy in human medicine, ed. by J. V. Johannessen, N. Y. a. o., 1978; Evans R. W. Histological appearances of tumours, Edinburgh — L., 1966; Florey H. W. General pathology, L., 1970; Hamperl H. Lehrbuch der allgemeinen Pathologie und der pathologischen Anatomie, B. u. a., 1957; Handbuch der allgemeine Pathologie, hrsg. v. F. Buchner, Bd 1—11,' B., 1955—1977; Handbuch der Histochemie, hrsg. v. W. Graumann u. K. Neumann, Bd 1—7, Stuttgart, 1958—1964; Handbuch der speziellen pathologischen Anatomie und Histologie, hrsg. v. F. Henke u. O. Lubarsch, Bd 1—13, B., 1924—1958; H e r b u t P. A. Pathology, L., 1955; H o 1- 1 e G. Lehrbuch der allgemeinen Pathologie, Jena, 1967, Bibliogr.; Kars-n e r H. T. Human pathology, Philadelphia — Montreal, 1955; Lehrbuch der speziellen Pathologie, hrsg. v. L. H. Kettler, Jena, 1976; Lehrbuch der speziellen pathologischen Anatomie, hrsg. v. E. Kaufmann, B., 1955—1969; L e t u 1 1 e M. Anatomie pathologique, t. 1—3, P., 1931; More-h e a d R. P. Human pathology, N. Y. a. o., 1965; Pathologische Anatomie, hrsg, v. L. Aschoff, Bd 1—2, Jena, 1936; Pathology, ed. by W. A. D. Anderson, v. 1—2, St Louis, 1977; RossleR. u. ApitzK. Atlas der pathologischen Anatomie, Stuttgart, 1951; Saphir O. Autopsy diagnosis and technic, N.Y., 1958; Spezielle pathologische Anatomie, hrsg. v. W. Doerr u. a., B. u. a., 1959—1976.

Периодические издания — Архив патологии, М., с 1946 (1935 —1941 — Архив патологической анатомии и патологической физиологии); Журнал для нормальной и патологической гистологии, фармакологии и клинической медицины, Спб., 1870—1876; Реферативный журнал — Общие вопросы патологической анатомии, М., с 1977; Acta morphologica Academiae Scientiarum Hungaricae, Budapest, с 1951; Acta pathologica Japonica, Tokyo, c 1951; Acta pathologica et microbiologica Scan-dinavica, K0benhavn, c 1924; American Journal of Pathology, N. Y., c 1925; Annales d’anatoinie pathologique et d’ana-tomie normale n^dico-chirurgicale, P., c 1924; Archives of Pathology and Laboratory Medicine, Chicago, с 1926; Beitrage zur Pathologie, Stuttgart, с 1970 (1886—1969 — Beitrage zur pathologischen Anatomie und zur allgemeinen Pathologie); Ergebnisse der allgemeinen Pathologie und pathologischen Anatomie des Menschen und der Tiere, Miinchen, 1895—1962; Excerpta medica, Sect. V <— General Pathology and Pathological Anatomy, Amsterdam, с 1948; Human Pathology, Philadelphia, с 1970; Japanese Journal of Medical Sciences, Sect. 5 — Pathology, Tokyo, 1926—1944; Journal of Pathology, Edinburgh—L., с 1969 (1892— 1968 — Journal of Pathology and Bacteriology); Morfologia normala §i patologic£, Bucure§ti, 1957—1973; Proceedings of the New York Pathological Society, N. Y., 1896—1938; Virchows Archiv Abteilung A. Pathologische Anatomie, В., с 1968 (1847—1967 — Virchows Archiv fiir pathologische Anatomie und Physiologie uiid fiir klinische Medizin); Virchows Archiv Abteilung B. Zellpathologie, В., с 1968 (1847—1967 ,— Virchows Archiv fiir pathologische Anatomie und Physiologie und fiir klinische Medizin); Zentralblatt fiir allgemeine Pathologie und pathologische Anatomie, Jena, с 1895.



Популярные статьи

Источник: Большая Медицинская Энциклопедия (БМЭ), под редакцией Петровского Б.В., 3-е издание

Поделиться: